ЧТО ТАКОЕ КОНСПИРАЦИЯ?

Предварительные замечания

1. К конспиративной (т. е. тайно-заговорщической) деятельности способен далеко не всякий человек. В истории человечества провалилось многое множество заговоров вследствие участия в них людей не способных, не призванных, не вышколенных, легкомысленных и неосторожных. В наше время, в эпоху изощренных физических и психических пыток, применения нового оружия подкожных и интравенозных впрыскиваний, а также гипноза, конспиративная работа требует особой подготовки, особой школы и сильной воли. При отсутствии этих условий всякому человеку и всякой организации обеспечены сплошные провалы.

2. Поэтому, прежде чем браться за такого рода деятельность, необходимо удостовериться в своей личной способности к ней, а затем непременно пройти особого рода техническую, телесную и душевную школу подготовки. Людям разговорчивым, экспансивным, эмоциональным, впечатлительным, наивным и глупым, забывчивым, рассеянным, доверчивым, откровенным и искренним (это не одно и то же!), пугливым и робким (это не одно и то же!), не умеющим сдерживать свою фантазию, органически не способным притворяться и лгать, не переносящим долгого одиночества, простудливым, нетерпеливым, легко поддающимся внушению и телесной боли,— лучше совсем не браться за такие дела.

3. Это предупреждение относится в особенности к людям тщеславным и честолюбивым. Им надо раз навсегда сделать выбор между удачей их дела и их личным успехом. К тайне и заговору люди вообще прибегают тогда, когда этого требует удача их дела; значит, эта удача требует от них молчаливости, незаметности, скромности, т. е. именно того, чего их тщеславие решительно не переносит. Тщеславный человек желает фигурировать, превозноситься, славиться. Он хвастун от природы. Он всегда наврет о себе, о своей партии или организации лишнего, припишет себе чужие дела и подвиги, в уверенности, что от хвастовства, так же как и от клеветы, всегда “что-нибудь останется”: всему не поверят слушатели или читатели, так хоть частицу с собой унесут. А в дальнейшем так легко смешать, он ли сам рекламировал себя и свою партию или похвала шла от посторонних. Хвастовство тщеславного человека незаметно врастает в “общественное мнение” или, по крайней мере, в передаваемые из уст в уста слухи, оно входит похвалою в это общее и безответственное “говорят”; а если “говорят”, так это уже “пол-славы”; еще немного — и чествовать начнут, а от “чести” до “власти” рукой подать. Глядишь, а хвастун уже карьеру сделал.

4. Так, тщеславные и честолюбивые люди совсем не замечают, как их болтовня и их вызывающая манера держаться вредят их делу и проваливают их конспирацию. Скромно-молчаливые конспираторы трудно находимы; их надо отыскивать, ими надо дорожить, их головой нельзя рисковать. Чтобы в этом убедиться, стоит только понять и усвоить, что возглавители величайших мировых заговоров держались и держатся в полной неизвестности. Ленину было легко: черную работу “экспроприации”, подделки денег, добывание золота делали за него и для него другие (напр., Джугашвили-Коба-Сталин на Кавказе, Литвинов в Румынии, Евсей Таратута и Максим Горький в Москве, Парвус-Гельфанд в Берлине и в Швейцарии, генерал Гофман в германском штабе и другие);— до тех пор, пока не настала “благоприятная пора” (1917), ибо власть Керенского была в левом направлении нулевая, занять особняк Кшесинской и Смольный институт можно было без конспирации, и вся борьба велась уже “на улице”. Мастеров конспирации легче найти в партии социалистов-революционеров, но и они иногда проваливались и гибли (за исключением разве Евно Азефа, доживавшего свой век в Берлине в качестве нажившегося рантье).

5. Одно упоминание этого последнего имени должно навести всякого на мысль о том, что в конспирации есть всегда нравственно-рискованный, скользкий и компромиссный элемент. Конспиратор должен быть мастером притворства, обмана и лжи и не испытывать при применении своего мастерства ни отвращения, ни стыда, ни укоров совести. Это дается гораздо легче бессовестной и безнравственной душе, чем благородному и совестному духу. Там, где профессиональный шулер, мошенник и палач спокойно исполняют данные им конспиративные поручения, не считаясь с низостью и мерзостью этих заданий, там идейный борец должен еще найти те внутренние основания, которые успокаивали бы его душу в минуту отвращения, стыда или совестного укора. Он всегда должен помнить, что успех его конспиративного дела может завести его в тупик безжалостности, наглой лжи, преступления и предательства. И можно с уверенностью предсказать, что человек, не разрешивший верно этой проблемы компромисса, рано или поздно — или усвоит себе точку зрения профессионального негодяя, может быть — бессовестного раба, или же познает то жизненное изнеможение, которое несет с собою нравственное презрение к самому себе. Благая цель никогда не оправдывает дурного средства, даже самого целесообразного: злое дело, породив благие последствия, отнюдь не становится добрым делом: причинная связь между подлостью и желанным улучшением жизни могла быть предусмотрена верно, но совершённая подлость сохраняет все свои подлые свойства. Искусство же делать гадкие дела, не становясь злодеем, есть искусство трудное, которое требует не только большой внутренней школы и дисциплины, но и постоянного очищения души.

Конспиративное умение предполагает в человеке умение хранить тайну и умение распознавать людей.

Умение хранить тайну

1. Если у тебя есть тайна и тебе надо сохранить ее, то пойми прежде всего, что сохранить ее можешь только ты сам: другому придется “хранить” ее тогда, когда ты ее ему выдашь. Не надейся на других, на их молчаливость и такт. Если ты сам не удержал свою тайну, как можешь ты требовать молчания от других?

2. Тайна имеет свои законы: кто их нарушает, тот ее разрушает. Сущность тайны не в том, что о ней знают, но не говорят (“секрет полишинеля”). Сущность ее в том, что люди не знают ни того, в чем она состоит, ни того, что вообще что-то скрывается.

3. Поэтому если у тебя есть тайна, то не имей таинственного или важного вида: не шепчись по углам; не роняй многозначительных намеков; не рассказывай о своих “очень интересных” знакомствах; не выдавай себя за “посвященного” во что-то; не сообщай сенсационных новостей. Будь прост, естествен, скромен. Умей молчать без загадочности; не дразни чужого любопытства; а когда необходимо, умей быть разговорчивым о посторонних, общедоступных предметах. Будь как все. Будь малозаметен. И прежде всего умей владеть своим тщеславием;тщеславие есть главный источник болтливости. Приучи себя не дорожить суждением окружающих людей о тебе. Научись ради дела спокойно проигрывать в их мнении: оно стоит немногого.

4. Явная таинственность всегда пробалтывает тайну. Будь уверен: если люди узнали, что у тебя есть тайна, они узнают скоро и в чем она. Ибо всюду есть много досужих любознаек и профессиональных следопытов (разведчики! контрразведчики! любопытствующие слухоносы!). Поэтому если самая наличность тайны стала притчей во языцех, то погаси ее совсем; и потом, если надо, завяжи ее снова, иначе и осторожнее.

5. Чтобы научиться беречь тайну, сделай так: утаи про себя твое первое серьезное огорчение или твою первую серьезную удачу. Сделай так, чтобы никто на свете не узнал ее от тебя.

Или еще сделай так: если узнаешь какую-нибудь волнующую “новость”, заставь себя не рассказывать о ней никому. Если другой будет рассказывать о ней при тебе,— слушай и молчи; если неверно расскажет,— не поправляй; если сочтут тебя за неосведомленного человека, пусть считают, тем лучше.

Упражняйся в этом про себя; но не говори никому, что ты, мол, “упражняешься”. Приучись быть наедине со своей тайной, чтобы она тебя “не распирала”. Этим ты выработаешь в себе непроницаемость для других людей. Закрепи ее внутренне — безусловной прозрачностью души перед Богом и совестью.

6. Тайна есть бремя. Это бремя надо нести самому и одному. Приучи себя к этому, и ты укрепишь свой характер: ибо сущность характера в духовной самостоятельности человека.

7. Чем меньшее число людей знает о тайне, тем она неуязвимее; и обратно — общеизвестность тайны делает ее всеуязвимой и убивает ее.

8. Интимные секреты, которые никому не нужны, хранить легко. Гораздо труднее хранить те тайны, которыедолжны быть известны лишь очень немногим, но до которых хотели бы добраться многие и притом враждебныелюди. Начинай свои упражнения с личных секретов, и потом, лишь постепенно, переходи к важным тайнам.

9. Сообщать другому тайну следует не тогда, когда это “можно” сделать (он “не предатель”, он “не сплетник”, он “славный малый”), а тогда, когда она безусловно необходима для самого дела, а он уже доказал, что заслуживаетбезусловного доверия. Всегда лучше не договорить, чем сказать что-нибудь лишнее и опасное. При сомнении всегда лучше воздержаться. Не делай себе никаких попущении — ни по родству, ни по дружбе, ни по любви; помни Самсона и Далилу.

10. Не будь наивен: не думай, что другого можно связать “честным словом”, или “клятвою”, или “зароком”. Многих людей тайна начинает “распирать” именно после того, как они дадут “честное слово” молчать. Никогда не обременяй другого тайною: она может вырваться у него незаметно и неожиданно, помимо его воли — в бреду, в опасности, в любовном угаре, в пьяном виде, в трансе гипноза. Только действительное неведение дает твердую гарантию. Поэтому осторожный молчальник может включить свою осведомленность в мотивацию своих дальнейших поступков: наблюдательные враги скажут потом: “если он так поступил, то это означает, что он зналто-то и то-то”…

11. Развивай в себе пристальную, мгновенную наблюдательность, неутомимое внимание; способность быстро сосредоточиваться и на ходу перерешать; искусство подвергать свою речь внутренней цензуре; умение верно различать оттенки смысла и выбирать слова. Это необходимо для блюдения тайны.

12. Приучи себя не торопиться с ответом на вопрос; всегда давай себе срок для выбора наиумнейшего ответа. Прежде чем отвечать, обрежь внутренне все нити, ведущие к тайне.

13. Никогда не записывай своей тайны, ни всего того, что с нею связано; и нигде не храни. Не записывай ни имен своих сообщников, ни адресов их, ни явочных паролей. Помни все необходимое наизусть. А если не можешь, то сначала укрепи свою память мнемоническими упражнениями.

14. Если первое время будут неудачи—не унывай. Блюдение тайны есть дело трудное. Научись проверять себя после каждого разговора и отмечать свои ошибки; тогда ты сам скоро дополнишь эти правила. И помни: умеющий хранить тайну всегда сильнее неумеющего.

15. И еще помни: в наше время враги почти везде и даже стены часто имеют уши.

16. И блюди общее правило: тот, кто экспонирован (общеизвестен, стоит на виду)— не должен вести конспиративной работы, ибо он как муха под стеклом и ему ничего не удастся скрыть; конспиративную работу должны вести по его указаниям и приказам незаметные люди. А тот, кто конспирирует, не долженэкспонироваться, т. е. открыто фигурировать, рекламировать свою работу в газетах, опубликовывать свое имя, болтать о своей работе. Такая самореклама равносильна доносу на самого себя, поданному врагу: “Я здесь, это я; можешь в любой момент похитить меня или убить”…

Умение распознавать людей

1. Тот, кто берется организовывать людей — должен распределять между ними полномочия и обязанности,устанавливать между ними сотрудничество и подчинение и, главное, ставить верных людей на подходящие для них места. Это значит, что организатор должен хорошо разбираться в людях,— кто чего стоит и кому что можно поручить. Он должен быть твердо уверен, что каждый из членов его организации а) искренно хочет сделать свое дело (не лукавый саботажник!), б) имеет для этого необходимые силы и способности (здоровье, силы телесные и душевные), в) умеет требовать и взыскивать, но умеет и сам подчиняться, г) понял данную ему задачу. Для всего этого необходимо прежде всего научиться распознавать людей; не способный к этому будет делать одни ошибки и губить порученное ему дело.

2. Это особенно важно для нашей будущей деятельности в России, где мы найдем целые кадры людей, воспитанных в злобе, лжи, робости, продажности и предательстве; множество людей с раздавленным самолюбием и сломанною волею, необозримое море людей с невоспитанным и неукрепленным характером; и сравнительно незначительное меньшинство людей крепких и верных. Их надо будет безошибочно распознавать, объединяться с ними и крепко вести дело спасения России.

3. Чужая душа есть тайна. Нет никаких рассудочных мерил или правил для ее механического измерения и определения. Но живая и проницательная интуиция может получить в виде подспорья ряд ценных указаний или советов, которые дают руководящую нить для душевно-морального диагноза. Ни одно из этих “правил” не самодовлеюще, и только все вместе они могут помочь верному освещению чужих “потемок”. Главное же состоит в том, что только доброкачественный человек может установить и изучить чужую доброкачественность, ибо только у него имеется живое мерило личной совести. Для злодея все указания наши бессильны и бесплодны.

4. Каждый человек непроизвольно, от природы как бы “зашифрован” в своем теле и обнаруживает сам себя в своих поступках; и притом так, что в них прикровенно дана вся его душа. Надо научиться “дешифрировать” ее верно и точно. Отсюда первое правило для распознания человека: дело и тело значат больше, чем слово. Не суди о человеке по его разговору или по его высказываниям. Не верь словам, сопровождаемым хитро рыщущими глазами или презрительной миной. Требуй дел и сравнивай их со словами.. Всматривайся во внешнее обличие человека и сличай его с его словами и делами. Подлое, злое дело может обличить и слова и лицемерно-сладкое выражение лица… Лицемерие же сейчас распространено в мире, как еще никогда…

5. Итак, важнее всего реальные поступки человека и его личное присутствие в них; его намерение {чего именно он хотел), и мотив (почему он хотел именно этого), и энергия вложенной им воли. Слова человека ясно освещаются и осмысливаются только лучами, идущими от его поступков и от всей его личности. Сколь бы “яркими” и “убедительными” ни были его слова, нельзя судить по ним окончательно, не зная его дел. Дела же человека узнаются только через сотрудничество с ним (и то не всегда и не сразу; вспомним Азефа, Гапона, “Федорова-Якушева” ). Ясновидящая интуиция присуща только гениальным людям (так, только П. Н. Врангель с первого же взгляда определил Федорова-Якушева как провокатора и запретил с ним входить в сношения).

Отсюда: во всякой организации необходима известная постепенность оказываемого доверия, как бы лестница приобщения. Малознаемому человеку поручают сначала только ясные, маленькие и безвредные дела; и притом всегда с последующею проверкою. В лишнее же не посвящают никогда никого. Осведомленность очень часто тяжелое бремя для осведомленного и большая опасность. С одной стороны, я не могу сообщить о том, чего действительно не знаю; с другой стороны, тоталитарные организации нередко не награждают, а убивают своего “слишком много” знающего сотрудника, даже верного, послушного и очень полезного…— “выдаст”, “перебежит”, “проболтается”, “начнет шантажировать”…

6. В теле человеческая душа вся скрыта и вся проявлена: в строении головы, в чертах и в выражении лица, в формах руки и ноги, в глазах и в смехе; в пожатии руки, в почерке и в походке. Ныне кое-что из этого уже исследовано научно, и установленные обобщения могут быть практически использованы. Но продумать их, усвоить и применять каждый человек должен сам (см. особенно поучительные рассказы А.Ф.Кошко, начальника всероссийской сыскной полиции, т. I “Дактилоскопия”, т. II. “Сыскной аппарат” и т. III. “Иван Егорович”). Здесь можно дать лишь несколько намеков.

а). У каждого лица есть свое преобладающее, устойчивое выражение. У данного человека — какое? Как изменяется оно в минуту гнева, испуга, неудачи, растерянности, наслаждения, торжества, смеха? Становится ли лицо глупее, грубее, злее? Обнаруживается ли в нем трусость, безволие, жадность, пошлость, сосредоточенность, растерянность, спокойствие, презрение — или наоборот? Достоевский указывает на то, что черта, вносимая в выражение лица смехом, особенно существенна для души смеющегося…

б). Надо научиться распознавать человека по глазам. Глаза откровенного человека смотрят совсем иначе, чем глаза скрытного. Кто не уловит хитрости и злобы в глазах Ленина? Кто не уловит беспредельной самоуверенности и тупой жестокости в глазах Джугашвили? Человек, призванный повелевать, и человек внутренне сломленный смотрят совсем иначе. Пролганный человек избегает смотреть в чужие, наблюдающие глаза: он все время смотрит то вниз направо, то вниз налево, скользя по чужому лицу только ради встречного наблюдения. Есть глаза верные и предательские, добродушные и скрытно-злобные, хищные, безжалостные, чувственные, глупо-стеклянные, сосредоточенно-думающие, лицемерно-сладкие, огненно-бесовские и т. д. Человек, неспособный к физиогномике, всегда будет проваливаться в оценке людей.

в). Научись замечать, что делает человек с твоею рукою при рукопожатии: берет ли твою руку (волевая натура) или дает свою? коротко, выразительно, определительно, или держит твою руку вяло, долго и нерешительно? дает ли одни свои пальцы, торопясь отнять их у тебя, или — всю руку до конца? может быть, берет одни твои пальцы и ускользает, чтобы ты не узнал слишком много секретов? жмет сам или предоставляет жать? как бы желая что-то выразить (что именно?) или что-то скрыть (что именно?)… Научись этому, и ты скоро начнешь уверенно отличать волевого и безвольного, цепкого, жадного, эгоиста, лживого, льстивого, целомудренного и развратного, прямодушного и интригана…

г). Многое дает изучение почерка. Здесь все имеет свое значение: стояние и наклон букв, их размер, их дописанность и недописанность, их хвосты под строкой и над строкой, слабый и сильный нажим, ровный и неровный, перерывы между буквами, расстояние между строчками, закрытость букв, завитки, обрывы, подчеркивания и росчерки. Здесь не надо фантазировать, надо наблюдать, изучать, копить опыт, интуитивно вчувствоваться и проверять. Начинать же надо с почерков хорошо известных тебе людей.

д). Научись подмечать походку людей: легкомысленно подпрыгивающую, безвольно шмыгающую, категорически ударяющую, вкрадчиво-пролазную, мелкосеменящую, растерянно оступающуюся, деловито уравновешенную, подозрительно обертывающуюся, угодливо расшаркивающуюся и т. д.

е). Научись расценивать манеры людей — то развязно-самоуверенные (иногда от преодолеваемой большой застенчивости), то скованно-сдержанные, то хвастливо-рисующиеся, то льстиво-вкрадчивые… Как часто законченная фальшь скрывается за наигранным смирением и сентиментальным “благочестием”.

ж). При разговоре всегда сажай человека лицом к свету и старайся как можно меньше сообщать о себе и как можно больше узнать о нем. Всегда обращай внимание, не подведены ли у него глаза, не нарумянены ли у него щеки: таких “мазаных” мужчин теперь развелось многое множество; они особенно проникают в министерства иностранных дел, пролезая и разнюхивая… Чем меньше с ними встречаться и разговаривать, тем лучше, ибо каждый из них есть готовый предатель.

7. Важнее всего установить верность человека, т. е. его искреннюю убежденность и стойкость в убеждениях. 

Есть множество людей — а в наше время, в эпоху тоталитарного террора, их становится все больше,— людей вообще неспособных к убеждениям. Они или помалкивают от робости; или готовы врать в любом направлении; или же приписываются тайно к какой-нибудь закулисной организации, чтобы молчать и врать под ее руководством и за ее обороною. Таких людей нетрудно распознавать; они, в сущности, ко всему теплопрохладны; для них все “условно” и “относительно”, они ни в чем не цельны и не окончательны; зло их пугает, но не возмущает; добру они сочувствуют только тогда, когда оно побеждает; они отличаются особою “терпимостью”, которую они сами выдают за “справедливость” и “многосторонность”; они любят “примирять противоположности”, охотно “разговаривают” с людьми враждебных лагерей и выдают эту полупредательскую болтовню за какую-то высшую “диалектику”. Убежденные люди раздражают и обижают их своею убежденностью. Их ум, если он вообще имеется, лишен воли; их чувство — беспринципно; они не верят ни во что и спешат “застраховаться” и у Бога, и у дьявола…

В частности: не верь аффектированным людям, которые склонны проявлять больше чувства, чем имеют его на самом деле (лгут сами себе и другим); избегай гомосексуальных: их духовный фарватер может всегда измениться неожиданно для них самих. Всегда проверяй, склонен ли человек иронически отнестись к своей собственной святыне; полезно бывает поставить человеку в лоб роковой вопрос,— мягко, но неожиданно, пристально глядя ему в глаза; полезно бывает дать ему почувствовать, что ты ему “не очень веришь”, и спокойно, не обижая, но и не помогая, следить, как он будет выкарабкиваться из своего щекотливого положения; полезно бывает спросить его, что он сделает, если ему в порядке организации прикажут совершить “полезную гнусность”.

8. И всегда помни: фальшивый тон ответа может обессилить всякие дальнейшие клятвы и уверения. Человек виден не в состоянии душевного равновесия, а в страсти и в волнении. Слушай человека своею совестью и верь больше всего тем “осадкам”, которые всплывут в твоей душе по окончании разговора.

9. Старайся установить волевую силу человека. Воля не вспышка и не порыв; вспышкой и порывом живутэмоциональные люди. Воля не цепкий и инертный инстинкт. Воля есть способность — убежденно, стойко и долго ломиться в одну сторону, борясь с препятствиями. Волевой человек всегда склонен к наступлению; он всегда как будто заряжен и прицеливается; он обычно смотрит в будущее, собираясь на него наложить свою печать. Если он пессимист, то пессимизм его не робок и не растерян; если он оптимист, то оптимизм его скрывает за собою план действий; он скучает с безвольными людьми и слегка презирает их.

Признаки безвольного человека: он не подчиняет себе обстоятельств, а приспособляется к ним, принимая их за “события” и всегда готовясь изогнуться и шмыгнуть под них (“факто-поклонство”); он всегда склонен отложить неприятное дело и не берется за него с самого начала; он боится ответственности и предпочитает не брать ее на себя; он сомневается бесплодно и колеблется долго; в сомнении и в трудную минуту он ищет авторитета. Такие люди нередко засиживаются в гостях (“прилипнет” и никак не может уйти); откладывают все в долгий ящик; чинят карандаш не от себя, а на себя; не проталкивают нитку в иголку, а надевают иголку на нитку.

10. Старайся верно оценить ум человека и его интуицию.

Ум есть начало творческое; поэтому у умного человека всегда много своих мыслей. Ум есть способность к различению и к расплетанию (анализ!); поэтому ум вносит во все ясность, точность и определенность. Ум есть сила суждения (синтез); поэтому он всегда ищет и находит верные объяснения и жизнеспособные комбинации.

Однако ум не самодовлеющ; без интуиции (созерцания и видения) он пуст, слеп и заносчив,— беспочвенный выдумщик и логический фразер. Именно опытом и интуициею человек берет (воспринимает) предметы и реальную жизнь, предвидит и творит. Полуинтеллигент не понимает этого, и именно потому он впадает в рассудочность и носится с отвлеченными доктринами; он верит в полунауку и не верует в Бога.

Итак, ум не самодовлеющ; без совести он циничен; без веры — пошл и растлевающ. Ум без чувства сух, мертв и свиреп; ум без воли пассивен и бесплоден. Лишенный всего этого, ум оказывается ограниченным и тупым, не способным по-настоящему ни к творчеству, ни к “расплетению”, ни к суждению.

Признаки глупого человека: он быстро удовлетворяется первым впечатлением и своим собственным суждением; он не подозревает пределов своего собственного ума и легко впадает в самодовольство; он. переоценивает свою интуицию и часто говорит общеизвестности и притом с апломбом; он не видит сложности и все упрощает; он не дальновиден, легкомыслен и лишен чувства познавательной ответственности; он не изобретателен и часто обнаруживает наивную доверчивость; в сомнении и в трудную минуту он растеривается, ищет авторитета или же впадает в трафарет. Глупые бывают часто хитры. Хитрость — не ум, а суррогат ума; она есть инстинктивная изворотливость; отсюда ее неблагородство, ее беспринципность и интриганство. Настоящий ум не интригует: он слишком благороден и ясен для интриги и слишком уважает себя. Поэтому интриган лишен настоящего ума; он мелок, низок и ограничен.

Замечательно, что человек с оригинальным и сильным умом всегда создает “свои” слова и формулы. Человек с хорошей интуицией всегда и сразу отличает главное от неглавного и потому говорит, по существу, с верными и осмысленными интонациями. Человек, много хвастающий и все разговоры сводящий к себе, не видит предмета из-за себя самого и суждения его о предметах бывают слабы. Резонер всегда ограничен. Настоящая интеллигентность определяется не памятью, не учеными словами, не апломбом, не велеречием и не ловкой “диалектикой”, но способностью к самостоятельному, зоркому наблюдению и анализу событий.

11. Человеческую душу нельзя ни определить, ни исчерпать; именно поэтому настоящий организатор должен непрерывно наблюдать за ее проявлениями, вникать и улавливать характерные особенности разнородных людей.

В частности, выбирая верных, энергичных и действенных людей, полезно иметь в виду следующее.

Сентиментальные люди часто бывают совсем не добры, а только прикрывают фальшивой добротой свои обиды и свою злобу.

Люди, таящие свои чувства в глубине (“аффективные”), обычно бывают молчаливее, вернее себе, устойчивее и выдержаннее тех, которые бурно изливают своп чувства (“эмоциональные”).

Заряд активности бывает обыкновенно сильнее в тех, кто не изживает своего темперамента в чувственно-эротических похождениях.

Люди, обладающие живой фантазией, легче поддаются страху, ибо страх усиливается в душе от конкретного представления “опасных возможностей”. Поэтому искусство храбрости состоит прежде всего в умении не думать об опасности и не воображать себе “худший из исходов”. Боятся все; но храбрецы владеют своим воображением; и подавляют его волею.

Люди, художественно одаренные (особенно к поэзии, к музыке и к живописи), менее приспособлены к решительному и безоглядному действию.

Люди, мнительно относящиеся к своему здоровью, не суть люди действия. Они слишком зависят от своих ощущений и от своего самочувствия.

Люди забывчивые и неаккуратные — не уравновешены в своих душевных ассоциациях и зависят от своих мечтаний и страстей; поэтому они менее пригодны к долгой, волевой борьбе.

Лжец на словах — обманет и предаст на деле.

К власти призваны не честолюбивые: с честолюбия и тщеславия начинается первая, часто неуловимая продажность человека, ибо его личный успех всегда может оказаться для него важнее и дороже Дела. К власти призваны люди, излучающие силу внутреннего веления, направленного на служение Делу.

Проталкивающийся вперед всегда подозрителен; но это совсем не значит, что искусно держащийся в задних рядах тем самым заслуживает доверия.

Люди, легко уязвляющиеся, затаивающие свои обиды и накапливающие подпольные чувства — не заслуживают доверия и всегда “чреваты” сюрпризами. Впрочем, большая обидчивость и мстительность часто скрывают за собою ограниченность и даже глупость.

Всегда спрашивай о человеке: “от чего он приходит в состояние волнения или аффекта?” — и в этом направлении ищи его главную движущую страсть. Страстный игрок и пьяница — всегда подлежит отводу при обслуживании важных поручений. Не суди о человеке окончательно, пока не узнаешь и не оценишь характера его жены (или возлюбленной).

12. И еще одно: не верь в окончательность и безошибочность твоих собственных суждений о людях. Всегда утончай и углубляй свои наблюдения. Всегда проверяй свои суждения — чужими. Будь всегда готов признать свою ошибку, во всяком случае, терпеливо выслушивай противоположные мнения и возражения. Не позволяй подкупать себя похвалою, лестью, вкрадчивой угодливостью и женским кокетством. Блюди нужную меру недоверчивости, но не позволяй своей подозрительности стать чрезмерною и увести тебя в манию преследования.

13. Всякая борьба связана с риском. В наше время политическая борьба есть как бы сплошной риск. Тем осторожнее должен быть действующий. Тем более оснований имеет он для соблюдения конспиративных тайн. Сообщить всей вселенной, что я вот действую конспиративно, что я возглавляю большую конспиративную организацию, подготовляющую “революцию” или “переворот” — есть безумие, свидетельствующее о полном непонимании конспиративной работы и о безнадежности всего начинания.

спецслужбы могут слушать Skype

Согласно информации в Сети, правоохранительные органы получат (или уже получили) доступ к разговорам пользователей в Skype (начато полное сотрудничество с правоохранительными органами), сообщает SecurityLab

Однако представители данного сервиса отрицают это и ссылаются на техническую невозможность подобной прослушки.

Как известно, ранее в Skype отмечали, что «пиринговая архитектура и техники шифрования» сервиса не имеют возможности прослушки, однако после приобретения сервиса компанией Microsoft последняя получила патент на технологию «законного перехвата», которая позволяет скрыто копировать информацию сеансов связи.

По информации ресурса softpedia.com, относительно недавно Skype изменила архитектуру сервиса и перехватывать звонки стало намного легче. В частности речь идет о том, что была изменена система с принципом peer-to-peer — после покупки сервиса Microsoft перенесла некоторые так называемые «суперноды», в роли которых раньше выступали обычные пользователи, на Linux-сервера, находящиеся под контролем корпорации.

В Сети высказываются мнения, что данный шаг был предпринят как раз для того, чтобы упростить возможность прослушивания (мониторинга) разговоров (звонков) пользователей сервиса, если это будет необходимо правоохранительным органам.

По словам вице-президента Skype Марка Джилета, сервис занимается лишь улучшением качества своих услуг, и перенос «супернодов» на сервера в дата-центрах не меняет сущность P2P-архитектуры сервиса, так как «суперноды» просто позволяют пользователям искать друг друга, а звонки при этом не идут через «супернод».

Интересно заметить, что политика конфиденциальности сервиса заранее предусматривает возможность для Skype и ее партнеров «предоставлять ваши личные данные, данные трафика и/или информацию о содержании ваших разговоров уполномоченным судебным, правоохранительным или правительственным органам в случае получения от них юридически обоснованного запроса». Отметим, что также и некоторые социальные сети, например Facebook, проверяют подозрительные разговоры пользователей и передают их данные в соответствующие структуры.

Напомним, что, согласно данным Wikipedia, каталог абонентов распределен по компьютерам пользователей Skype. Это позволяет сети легко масштабироваться до очень больших размеров без использования дорогой инфраструктуры централизованных серверов. Также Skype может маршрутизировать звонки через компьютеры других пользователей, что позволяет им соединяться друг с другом даже находясь за NAT или брандмауэром.

Единственным центральным элементом для Skype является сервер идентификации, на котором хранятся учетные записи пользователей и резервные копии списка контактов. Центральный сервер нужен только для установки связи. После того как связь установлена, компьютеры пересылают голосовые данные напрямую друг другу (если между ними есть прямая связь) или через Skype-посредник (суперузел — компьютер, у которого есть внешний IP-адрес и открыт TCP-порт для Skype). В частности, если два компьютера, находящиеся внутри одной локальной сети, установили между собой Skype-соединение, то связь с Интернетом можно прервать и разговор будет продолжаться вплоть до его завершения пользователями или какого-либо сбоя связи внутри локальной сети.При установке соединения данные шифруются при помощи AES-256, для передачи ключа которого, в свою очередь, используется 1024-битный ключ RSA. Открытые ключи пользователей сертифицируются центральным сервером Skype при входе в систему с использованием 1536- или 2048-битных сертификатов RSA.

Каждый раз, просыпаясь на рассвете, древние воины говорили себе, что этот день может стать их последним. Лелея каждую минуту, они старались провести его безупречно. И каждый день их жизни был безупречным.

Спецслужбы США: 11 лет спустя

Ответственные структуры:

• В Совете национальной безопасности (National Security Council) :
• Заместитель советника по национальной безопасности, отвечающий за борьбу с терроризмом (National Director / Deputy National Security Advisor for Combating Terrorism)
• Комитет по антитеррору и национальной готовности (Principals Committee on Counter-terrorism and National Preparedness)
• Национальный координатор по безопасности, защите инфраструктуры и контртерроризму   (National Coordinator for Security, Infrastructure Protection and Counter-Terrorism)
• Совет внутренней безопасности (Homeland Security Council)
• Национальный контртеррористический центр (National Counterterrorism Center)
• Центр по отслеживанию террористической активности (Terrorist Screening Center ( TSC))
• Министерство внутренней безопасности ( Department of Homeland Security)
• В Центральном разведывательном управлении (Central Intelligence Agency) - Антитеррористический центр ( Counterterrorist Center (CTC))
• В Федеральном бюро расследований (Federal Bureau of Investigation) - Управление по борьбе с терроризмом ( Counterterrorism Division ( CTD))

В армейских структурах:

• Объединенные группы межведомственной координации борьбы с терроризмом ( Joint Interagency Coordination Groups ( JIACGs))
• Внутри Сенткома ( U.S. Central Command (CENTCOM), - Объединенная межведомственная оперативная группа (Joint Interagency Task Force (JIATF))

Координация

С начала 70-х годов каждой очередной американской администрации приходилось сталкиваться с проблемой координации усилий федеральных структур в борьбе с терроризмом. И каждое правительство решало вопрос по-своему.

Эру международного терроризма открыло политическое убийство израильских спортсменов на Мюнхенской олимпиаде в 1972 году. Именно тогда власти поняли, что переговоры с террористами, сотрудничество спецслужб и усилия с позиций международного права являются взаимосвязанными элементами антитеррористической стратегии и требуют координации действий между Государственным департаментом, Министерством юстиции, Министерством обороны и ЦРУ.

Сама же контртеррористическая стратегия стала обретать первоначальную форму и содержание во времена президентов Никсона и Форда, когда вопросы координации перешли к правительственному комитету под председательством секретаря Госдепартамента. В рамках этого комитета начала свою деятельность рабочая группа, занимавшаяся, главным образом, проблемами безопасности на воздушном транспорте и реформирования визового режима.

На международном уровне координация борьбы с терроризмом стала осуществляться через созданную в 1971 году Организацию государств Америки (борьба с терроризмом, направленным против дипломатов) и в рамках Интерпола (сотрудничество правоохранительных органов). Тем не менее, в то время терроризм не достиг уровня критической угрозы, поэтому проблемой координации антитеррористической борьбы на правительственном уровне почти не занимались.

Коренные изменения в этом вопросе произошли при администрации Картера. Комитет правительства по борьбе с терроризмом был упразднен, а за координацию "антитеррористических усилий" как за рубежом, так и внутри страны стали отвечать Совет национальной безопасности, Госдепартамент и ФБР соответственно.

Впервые же своим главным государственным приоритетом назвал борьбу с терроризмом президент Рейган. По мнению Белого дома, террористы, спонсируемые Советским Союзом и его сателлитами, "развязали настоящую войну не только против Соединенных Штатов, но и против всего цивилизованного мира". Для противодействия этой угрозе США необходимо "привлечь все свои дипломатические, экономические, правовые, военные, разведывательные (включая спецоперации) и информационные ресурсы и возможности". А для достижения максимального эффекта требуется постоянная и вдумчивая координация усилий всех государственных структур. С этой целью был создан специальный межведомственный комитет, занимавшийся организацией обмена информацией, выработкой новых подходов к проблеме и подготовкой материалов для СНБ.

Эта структура сохранилась и в администрации Буша-старшего, но стала малозначимой, так как закончилась холодная война и угроза терроризма потеряла свою остроту и приоритетность. Межведомственная координация стала осуществляться, главным образом, через аппарат Координатора по контртерроризму в Госдепартаменте. (Такая практика сохранялась до середины 90-х годов).

В 1995 году президент Клинтон вновь передал основные полномочия по координации контртеррористических усилий Совету национальной безопасности. Была сформирована так называемая "Координационная группа помощников", превратившаяся позднее в "Группу обеспечения безопасности от террористических угроз" (Counterterrorism Security Group). В нее вошли представители Госдепартамента, аппарата министра обороны, Генштаба, Министерства юстиции, ФБР и ЦРУ на уровне заместителя или помощника первого лица.

Внутри СНБ со временем "выкристаллизовалось" отдельное управление, отвечающее за координацию антитеррористических усилий, защиту критически важной инфраструктуры и борьбу с наркотрафиком. Глава этого управления, получивший статус "Национального координатора по антитеррору, безопасности и защите инфраструктуры" (National Coordinator for Security, Infrastructure Protection and Counter-Terrorism) получил право распределения бюджетных ассигнований на контртеррористическую деятельность.

Заняв Белый дом, президент Буш-младший произвел реорганизацию "Группы обеспечения безопасности от террористических угроз" в "Комитет по антитеррору и национальной готовности" в cоставе Совета национальной безопасностиъ.

Реформы после терактов 11 сентября

Трагедия 11 сентября заставила Белый дом создать "Совет по внутренней безопасности" (Homeland Security Council (HSC)), новый орган, призванный "советовать и помогать президенту в выработке стратегии внутренней безопасности" и "стать инструментом координации усилий всех структур исполнительной власти, вырабатывающих и реализующих политику безопасности внутри страны". В администрации появилась новая должность - помощник президента по внутренней безопасности. В то же время NSC продолжает отвечать за координацию усилий по борьбе с терроризмом за рубежом. В его аппарате была создана должность заместителя советника по национальной безопасности, отвечающего за борьбу с терроризмом ( National Director / Deputy National Security Advisor for Combating Terrorism). Он находится в постоянном контакте с помощником пре6зидента по национальной и внутренней безопасности. В результате все внутренние и внешние усилия по борьбе с терроризмом координируются соответствующими комитетами в структурах NSC и HSC.

После того как новые координирующие структуры заняли свое место в системе исполнительной власти, было создано Министерство внутренней безопасности ( Department of Homeland Security - DHS), призванное "объединить под одной крышей" большую часть агентств и управлений, отвечающих за внутреннюю безопасность (включая ведомство по охране границ и транспорта, департамент по ЧС и национальной готовности и агентство по защите критически важной инфраструктуры). Главной задачей нового министерства является предупреждение и предотвращение "террористических атак" внутри США, снижение уязвимости страны для террористов, минимизация ущерба и помощь в ликвидации последствий терактов, совершенных на территории США. В то же время за расследование террористических деяний по-прежнему отвечают правоохранительные органы соответствующих уровней (федерального, штата, муниципального).

Для координации действий армейских структуру в штабах различных уровней были созданы так называемые "Объединенные группы межведомственной координации борьбы с терроризмом", кроме Центкома (CENTCOM), где соответствующее подразделение называется "Объединенная межведомственная оперативная группа". Миссией всех этих "групп" является эффективная межведомственная координация действий и обмен информацией между гражданскими и военными структурами в своей "зоне ответственности".

Кроме того, в 2003 году был создан "Центр по противодействию террористическим угрозам" ( Terrorist Threat Integration Center - TTIC), отвечающий за интеграцию и анализ всей информации по терроризму как внутри страны, так и за рубежом. В него вошли представители министерства внутренней безопасности, управления по антитеррору ФБР, центра по борьбе с терроризмом ЦРУ и Министерства обороны. Было определено, что директор Центра (на эту должность был назначен Джон Бреннан) подчиняется директору ЦРУ, сам центр расположился в штаб-квартире ЦРУ.

В апреле 2003 г. центр опубликовал чрезвычайно оптимистичный отчет Patterns of Global Terrorism, судя по которому, провозглашенная президентом Бушем война с террором принесла свои плоды, и количество терактов по всему миру упало до рекордно низкого с 1982 года уровня - около 190 терактов, в которых погибло всего 307 человек.  Спустя более года после публикации отчета тогдашний госсекретарь Колин Пауэл заявил, что, возможно, в документ "закралась техническая ошибка". Потом выяснилось, что составители отчета по каким-то необъяснимым причинам не учли в общей сложности 31 теракт, в том числе неделю взрывы в Стамбуле и Эр-Рияде, кроме того, число погибших в терактах, на самом деле, достигало не 307, а 625 человек - наивысший показатель с 1969 года. Джон Бреннан, руководитель TTIC, признал "неточность" и взял всю ответственность на себя, однако заявил, что "все, кто считает, что данные были умышленно подтасованы, серьезно ошибаются".

В сентябре 2003 года был создан еще один координационный центр - Центр отслеживания террористической активности ( Terrorist Screening Center ( TSC)). Его создание анонсировали генеральный прокурор, министр внутренней безопасности, госсекретарь, директор ФБР и директор ЦРУ. Центр должен был объединить все существующие списки разыскиваемых террористов в единую базу данных. TSC входит в структуру ФБР. В июне 2005 года Центр был подвергнут резкой критике за плохое управление компьютерными системами. В частности, выяснилось, что до августа 2004 года в нем не было главного менеджера по информации, тогда как именно в этот период были приняты важнейшие решения, определившие работу компьютерных систем центра.

В августе 2004 года президент Буш в ответ на рекомендации Комиссии 9/11 подписал распоряжение, согласно которому должен быть создан Национальный контртеррористический центр - National Counterterrorism Center (NCTC), подчиненный на этот раз Управлению Директора национальной разведки . 6 декабря 2004 года Центр был создан, и просто заменил собой TTIC, директор которого Джон Бреннан стал первый руководителем NCTC.  10 июня 2005 года президент Буш посетил NCTC, и объявил о назначении новым директором центра вице-адмирала Джона Редда (John Redd) по рекомендации Джона Негропонте.

ЦРУ: Реформы при Буше

В результате деятельности комиссии 9/11 в ЦРУ начались самые масштабные перемены со дня его основания. В июле 2004 года была создана новая структура, координирующая деятельность ЦРУ и других разведок -Управление Директора национальной разведки (на должность директора был назначен Джон Негропонте). В августе 2004 года был назначен новый директор ЦРУ - Портер Госс, который начал реформы ведомства (см.Реформы Портера Госса: ЦРУ меняет технику на агентов).

К лету 2005 года сформировалась новая тактика ЦРУ в борьбе с терроризмом: контроль над операциями ФБР и Пентагона, использование частных авиакомпаний, тюрьмы за пределами США, право на ликвидацию, новые правила вербовки.

В октябре 2005 года была принята Стратегия национальной разведки США, согласно которой на ЦРУ были возложены дополнительные задачи, в том числе поддержка демократических перемен в других странах. Одновременно было реформировано самое важное подраздение ЦРУ - Оперативный директорат, отвечающий за агентурную разведку. На его базе была образована Национальная Секретная Служба (NCS).

ЦРУ: Реформы при Обаме

В конце февраля 2009 года Комитет по разведке Сената США заявил, что начинает расследование программы задержания и допросов подозреваемых в терроризме, которая применялась ЦРУ при президенте Буше. Цель расследования — вскрыть новые факты, касающиеся применения этой программы, включая условия содержания заключенных в тайных тюрьмах ЦРУ и методы допроса, которые применялись, чтобы получить информацию от подозреваемых в причастности к деятельности «Аль-Каиды». Подробности: Что Обама приготовил для ЦРУ.

14 марта 2009 года Администрация Обамы пересмотрела юридический статус предполагаемых террористов, содержащихся, в частности, в тюрьме Гуантанамо. Согласно решению руководства США, теперь в отношении заключенных не будет применяться термин "вражеский комбатант", широко использовавшийся в период пребывания у власти Джорджа Буша. Теперь, в соответствии с решением Обамы, при помещении предполагаемого террориста в тюрьму будут соблюдаться нормы, установленные международным военным правом. Кроме того, говорится в предписании, в тюрьму Гуантанамо попадут лишь те, кто оказывал "существенную" поддержку террористическим движениям "Аль-Каеда" и "Талибан". Ранее в спецтюрьму на базе Гуантанамо мог быть направлен любой человек, подозревающийся в связях с терроризмом.

10 апреля 2009 года Директор ЦРУ Леон Панетта заявил, что США прекратили пользоваться сетью секретных тюрем, расположенных в других странах. Оставшиеся объекты, где раньше содержали подозреваемых в терроризме, будут выведены из эксплуатации. Подробности: Пленные в войне с террором / после Гуантанамо.

1 апреля 2009 был опубликован отчет, критикующий работу Управления Директора Национальной разведки (Office of the Director of National Intelligence - ODNI) за бюрократизм, неумелое финансовое руководство и невозможность положить конец дрязгам внутри разведсообщества США. Подробности: Царь разведки не выполнил задание

Сбор развединформации внутри США

После обнаруженных в деятельности американских разведслужб злоупотреблений и нарушений, в 1970 году Конгресс принял законодательный Акт (FISA), в соответствии с которым был учрежден специальный Суд, занимающийся вопросами внешней разведки и дающий разрешение на проведение негласных обысков и установку прослушивающих устройств "в интересах национальной безопасности США". В период холодной войны этот законодательный Акт (FISA) работал в основном против людей, которые могли быть замешаны в шпионаже в пользу иностранных государств и, в силу довольно ограниченной сферы применения, не привлекал к себе большого общественного внимания. В условиях "войны с терроризмом", сфера применения и мандат FISA существенно расширились, в том числе благодаря принятию Патриотического акта (ноябрь 2001 года).

Обычно запросы на проведение негласных обысков и установку подслушивающих устройств поступают от агентов ФБ к своему руководству. Затем они рассматриваются совместной комиссией, куда входят представители ФБР и Министерства   юстиции, а в ряде случаев, связанных со шпионажем и терроризмом, и чиновниками из ЦРУ и NSC.

Сбор развединформации за пределами США

В июне 2004 года США, Великобритания и Австралия объявили о создании глобальной антитеррористической сети. Задача сети - предотвращать акции "Аль-Каиды" и союзных ей группировок на всей территории земного шара. Первоначально предполагалась, что сеть будет включать три центра - американский Terrorist Threat Integration Center (в декабре 2004 года его заменил Национальный контртеррористический центр - National Counterterrorism Center (NCTC), британский The Joint Terrorism Analysis Centre (создан в июне 2003-го) и австралийский National Threat Assessment Centre (создан в октябре 2003 г.).

Однако вскоре сеть была расширена за счет новозеландского и канадского сегментов: в октябре 2004 года в Канаде был создан The Integrated Threat Assessment Centre (ITAC) , а в декабре 2004 года в Новой Зеландии появилась The Combined Threat Assessment Group (CTAG) . Таким образом, была создана структура, которая полностью повторяла систему глобального радиоперехвата ECHELON. Напомним, что во время Второй мировой войны было налажено тесное сотрудничество между разведками пяти англосаксонских стран - США, Великобритании, Новой Зеландии, Австралии и Канады.

18 ноября 2005 года Washington Post опубликовала материал Даны Прист о том, что ЦРУ располагает отдельной сетью объединенных разведывательных центров в двух дюжинах стран, в которых сотрудники спецслужб США и других государств вместе работают над поиском подозреваемых в терроризме. Газета утверждает, что эти центры находятся в Европе, на Ближнем Востоке и Азии. Официально эти центры называются "Контртеррористические разведывательные центры" (Counterterrorist Intelligence Centers - CTICs). Газета оговорилась, что центры CTIC  - это не секретные тюрьмы ЦРУ, которые действуют в восьми странах . При этом газета утверждает, что центры CTIC являтся "частью фундаментального, продолжающегося изменения миссии ЦРУ, которое началось вскоре после терактов 11 сентября 2001 года" и вдохновленного бывшим директором Джорджем Тенетом. Газета пишет, что на закрытых слушаниях в Конгресса представители ЦРУ заявили, что объединенные разведцентры стали самым большим успехом агентства в борьбе с терроризмом после 11 сентября.

Между тем, в июле 2005 года появлялась информация об одном из таких центров, расположенном в Париже. Тогда та же газета утверждала, что во французской столице с 2002 года действует секретный разведцентр под кодовым названием "База Альянс" (Alliance Base), учрежденный совместно ЦРУ и его французским аналогом - Генеральным директоратом внешней безопасности (DGSE). Центр возглавляет генерал французских спецслужб, но его деятельность финансируется, главным образом, контртеррористическим отделом ЦРУ. База представляет собой уникальный проект по сотрудничеству разведок, поскольку сотрудники центра не только обмениваются информацией со своими коллегами, но и совместно планируют тайные операции. Кроме французов и американцев, на "Базе Альянс" также работают офицеры спецслужб из Великобритании, Германии, Канады и Австралии. Задачей этого проекта является отслеживание по всему миру передвижений подозреваемых в терроризме лиц, а также разработка операций по их поимке.

• Обмен разведданными между ведомствами

Задача улучшения системы информационного обмена была поставлена Конгрессом в части 1016 акта "О разведывательной реформе и предотвращении терроризма" (IRTPA) 2004 года. В августе 2004 президент выпустил Указ №13356, направленный на то, чтобы информация, связанная с терроризмом, была включена в информационный обмен между федеральными агентствами (как на федеральном так и на местном уровене), а также частным сектором. 15 апреля 2005 года президент назначил Джона Рассака программным диспетчером Системы информационного обмена. 2 июня президент определил, что руководитель программы входит в состав Управления директора национальной разведки.

15 июня Рассак представил первоначальный отчет президенту и Конгрессу. В этом докладе были поставлены пять основных задач в области информационного обмена, которые определят деятельность отдела на ближайшие два года. 25 октября президент подписал указ №13388 о создании Совета по информационному обмену. 27 октября Директор национальной разведки Джон Негропонте разослал письма руководителям Департаментов и Агентств с просьбой направить своих представителей в Совет. 18 августа 2005 Рассак направил информационные запросы промышленному сектору на создание Службы электронного обслуживания. От потенциальных разработчиков были получены 48 ответов, и теперь они анализируются. Это позволит сформулировать Техническое задание на проект. Институт оборонных исследований с июля 2005 по контракту с отделом Рассака осуществляет всесторонний обзор существующего информационного обмена. Отчет, который должен быть представлен в декабре 2005, будет служить ключевым отправным пунктом для реализации Системы.

Разрешение кризисов с захватом заложников

В США зоны ответственности распределяются следующим образом - местная полиция отвечает за разрешение кризисов при местных криминальных происшествиях (захват заложников при ограблении банков и т.п.). За разрешение террористических кризисов отвечает подразделение ФБР Hostage Rescue Team (FBI HRT), шеф HRT становится руководителем оперативного штаба. Таким образом, федеральные власти всегда несут ответственность за террористические атаки.

Антитеррористическое законодательство

Сразу после 11 сентября, в конце октября 2001 года Конгресс с подачи Белого Дома принял временные поправки к законодательству, получившие название "Патриотический акт". Этот документ призван помочь правоохранительным органам эффективно предупреждать теракты. Акт увеличил полномочия ФБР и других спецслужб, которые получили право прослушивать телефонные переговоры, следить за электронной перепиской, требовать у библиотек и книжных магазинов данные о заказанных или купленных посетителями книгах. Вдобавок была введена ответственность за укрывательство террористов.

В первоначальном проекте акта были и более радикальные нововведения. Предлагалось обязать учебные заведения предоставлять спецслужбам личные дела учащихся и разрешить задержание на неопределенный срок иностранцев по подозрению в связях с террористами. Но несмотря на то, что конгресс не поддержал эти идеи администрации Буша, "Патриотический акт" вызвал протесты общественности. Защитники либеральных свобод считали, что этот закон устанавливает в Америке режим "полицейского государства" и противоречит демократическим нормам. Но для спецслужб даже такой урезанный закон -- слишком большая помеха. Так, чтобы избежать юридической волокиты и борьбы с адвокатами, пленных афганских талибов до сих пор содержат на экстерриториальной базе США в Гуантанамо, где американские законы не имеют силы.

15 декабря 2005 года Палата представителей Конгресса США большинством голосов одобрила продление сроков действия "Патриотического акта" (его срок заканчивался в декабре 2005 года). В июле Палата представителей проголосовала за то, чтобы продлить действие двух из 16 положений закона до 10 лет, а остальные положения признать постоянными. Однако в сентябре Сенат не одобрил это предложение и вернул законопроект на доработку. В середине ноября, как сообщалось, представители обоих палат Конгресса достигли согласия в вопросе о пересмотре и продлении сроков действия "Патриотического акта". В частности, законодатели договорились продлить спорные статьи не на 10, а на 7 лет. Кроме того, конгрессмены решили не предоставлять спецслужбам право использовать в качестве улик документы, изъятые у подозреваемых без надлежащего одобрения суда. Из законопроекта также были исключены предложенные Палатой представителей статьи, расширяющие полномочия суда в вынесении смертного приговора террористам.

В августе 2007 года Президент Буш поставил свою подпись под принятым в воскресенье законом, который значительно расширяет права государства на прослушивание международных телефонных переговоров и просмотр электронных писем американских граждан без санкции суда. При этом незаметные на первый взгляд изменения в юридических формулировках принципиально меняют правовые ограничения возможностей государства по слежке за миллионами телефонных звонков и сообщений по электронной почте – как исходящими с территории США, так и "входящими".

Закон впервые создает юридическую базу для значительной части мероприятий по слежке без санкций суда, которые втайне осуществлялись Министерством национальной безопасности (МНБ) вне рамок Закона о слежке за иностранцами от 1978 года (этот закон, как предполагается, должен регулировать права государства на прослушивание частных разговоров американских граждан).

До принятия закона, если государственные органы хотели прослушать телефонные переговоры, а также знакомиться с перепиской по электронной почте и с помощью других средств коммуникации между частными лицами в США и лицами за границей, им требовались ордера на обыск, санкционированные особым судом по вопросам слежки за иностранцами – это в том случае, если государство осуществляло слежку на территории США.

Нынче большая часть международных телефонных звонков в США и из США проходит по оптически-волоконным кабелям, и самый эффективный способ для их прослушивания властями – это подключение к гигантским телекоммуникационным узлам в США.

В новом законе изменено юридическое определение понятия "электронная слежка". Это позволяет властям прослушивать такие разговоры без санкции суда, подключаясь к вышеупомянутым гигантским узлам, если только объект слежки властей "на основе веских доказательств" считается находящимся за границей.

Например, если человек, находящийся в Индианаполисе, звонит кому-то в Лондон, Министерство национальной безопасности может прослушивать этот разговор без ордера, если только объектом слежки МНБ является человек в Лондоне. Пресс-секретарь Белого дома Тони Фрэтто в воскресенье заявил в интервью, что новый закон не исчерпывается улаживанием загвоздки с телефонными переговорами иностранцев между собой и потенциально позволяет властям подслушивать звонки американцев за границу.

Спешка Белого дома отчасти объяснялась тем, что в нынешнем году особый суд по вопросам слежки вынес вердикт (его текст все еще не рассекречен), который гласит: для прослушивания международных телефонных переговоров через американские телекоммуникационные узлы власти должны получать ордера, санкционированные судом. Новый закон, задуманный как временная мера (срок его действия истекает через шесть месяцев), также знаменует смещение "центра силы" в области организации и регулирования слежки, осуществляемой государственными органами.

Новый закон наделяет полномочиями на санкционирование международной слежки не особый суд по вопросам слежки, а генерального прокурора США и директора ЦРУ. Единственной функцией суда станет проверка и одобрение процедур, использовавшихся властями при слежке после того, как эти мероприятия уже осуществлены. Суд не будет детально изучать дела лиц, за которыми следят.

Закон также расширил права администрации по принуждению телекоммуникационных компаний к содействию подобному шпионажу. Отныне такие компании можно обязывать к сотрудничеству по распоряжению генерального атторнея и директора ЦРУ. Помощники конгрессменов-демократов в воскресенье сообщили, что некоторые руководители телекоммуникационных компаний выразили лидерам Конгресса свое недовольство этой статьей закона и, возможно, будут оспаривать его в судебном порядке. По словам помощников, телекоммуникационные компании известили законодателей, что предпочли бы санкционированные судом ордера, обязывающие их оказывать содействие.

НАРУЖКА

наружное наблюдение ( отрывок книги)

Мужчина был подтянут и резок. двадцатых годах его могли бы запросто задержать на улице как бывшего офицера. Мужчина любил тихие и уютные кафе, и в этом мексиканском заведении ему не слишком нравилось, поскольку подобные места, вне зависимости от таланта дизайнера, все равно напоминали ему банкетные залы. Кроме того, здесь всегда имелся шанс запросто угодить на тусовку неизвестно чьих ухоженных детенышей, шумно демонстрирующих окружающим свое умение лихо распоряжаться родительскими деньгами. А наш герой  всегда зарабатывал сам. Каким образом – это дело другое. Пожалуй, его заработок можно было охарактеризовать фразой, которую мужчина в молодости услыхал от одного солидного арестованного. Тогда, помнится, он грозно спросил: «У вас есть алиби?» И арестованный в ответ радостно кивнул: «Разумеется! А вам в какой валюте?…»

Впрочем, для предстоящей встречи заведение вполне подходило. Здешние официанты его не знали, а камера видеонаблюдения была всего одна, да и та на входе. Так что если самому не упереться в нее взглядом, а зайти, как бы оглядываясь на припаркованную машину, то лица на записи будет не рассмотреть. На самом деле мужчина отлично знал, что никто никакую камеру просматривать не будет, но мыслил верно и старорежимно – если ты и в ванной при входе жены будешь переворачивать телепрограммку, то в нужный момент на твоем рабочем столе всегда будет перевернуто то, что захочет подсмотреть твой соперник…

– Где тут у вас столик с розеткой? Вернее, рядом с оной? Мне бы компьютер подключить…

– Вроде второй справа, у окна. Присаживайтесь, пожалуйста, я сейчас подойду, – ответила та, указывая рукой.

– Эспрессо захватите, двойной, – бросил он вслед тем корректным тоном, который не советовал медлить или приносить кофе холодным. А затем проурчал, втыкая штепсель в розетку: «Вроде – это у бабки в огороде. А мне нужно в самый аккурат».

Усевшись, мужчина еще раз оглянулся вокруг, проверяясь на предмет наличия камер – ничего не поделаешь, образ жизни вырабатывает привычки, которые со временем настолько врезаются в подсознание, что уже начинают напоминать инстинкты. Порой эти инстинкты раздражают, обещая превратиться в манию. Впрочем, увидеть эти особенности поведения может только такой же профессионал: воевавший всегда почует воевавшего, а для всех остальных он будет выглядеть совершенно естественно. Для большинства людей вообще все выглядит совершенно естественно, пока не выстрелили над ухом…

Включая ноутбук, мужчина как бы случайно уронил на пол зажигалку. Поднимая ее, он нагнулся и успел бросить взгляд на обратную сторону столешницы – нет ли микрофонов? Совершив сей маневр, он сам себе слегка улыбнулся – маразм, конечно, но куда денешься? Зато теперь он был внутренне спокоен. А это важно.

Меж тем официантка, улыбаясь, принесла кофе. Пусть это была всего лишь рабочая улыбка в дорогом ресторане, но все равно смотреть на нее и мужчине, и наблюдавшему за ними парню было приятно. Официантки же, как известно, всегда смотрят на клиентов с точки зрения возможных чаевых. А в данном случае, судя по внешнему виду, чаевые вполне могли иметь место.

Он был убежден, что в делах «палочки должны быть попендикулярны», а посему всегда злился, когда опаздывали к нему, и еще больше – когда опаздывал он сам. Часы над стойкой бара показывали 22:50. Встреча должна была начаться десять минут назад, и настроения это не улучшало. Тем более, что он специально назначил на «неровное» время, дабы проверить точность своих собеседников.

Накануне ему позвонил старый деловой приятель по известному только троим-четверым номеру и попросил об одной услуге. Услуга эта состояла в том, чтобы в течение двух академических часов дать консультацию по вопросам обеспечения информационной безопасности бизнеса. Это если выражаться красиво и нейтрально. А на самом деле нужно было за полтора часа рассказать двум незнакомым любознательным парням про некоторые особенности проведения кое-каких специальных технических мероприятий из ОРД.

Время от времени мужчина не отклонял подобные предложения. Потому как, если будешь иметь сто друзей – будешь иметь сто рублей. Думал ли он при этом о том, что раскрывает некоторые секреты родины? принципе, о том, что он довольно цинично нарушает служебную тайну, мужчина, конечно, знал, но такие мелочи его взволновать не могли – у него на одном только рабочем столе этих самых секретов было, как на гуталиновой фабрике гуталину.

Последние два года мужчина занимал такую должность, на которой через предусмотренный в положении о службе срок на его погоны с двумя просветами упадет еще по одной большой звезде, и тогда он станет настоящим полковником. Руководить серьезными коллективами он умел, «политику партии» чуял. Он отлично знал, что если реальность с последней расходится, то… тем хуже для реальности. Фактически им руководил даже не начальник его управления, а некто из высоко. А для высоко было аксиомой, что если факты не сдаются, то их побеждают. Немудреная алгебра, не правда ли? При этом их подразделение отправляло за решетку не только мелочь, но и… Словом, того, кого надо. А самая сокровенная мечта была в том, чтобы жулики жуликовали только там, где им бы (в данном случае, естественно, ему и К°, а не жуликам) хотелось.

Кстати, после полковника его собирались на пару лет поставить начальником областного подразделения в провинции. А некоторые губернии у нас, между прочим, поболее, чем некоторые страны в Европе. А оттуда уже и до лампасов недалеко. А где лампасы, там и Москва. А где Москва, там и Кремль. Такая вот своего рода Пулицеровская премия…

 «Ученики» зашли в ресторан с опозданием на пятнадцать минут, но при этом никаких признаков торопливости не обнаруживали. Обоим на вид было слегка за тридцать. Выглядели и держались уверенно. Пока они подходили, «белогвардеец» распрямился в своем уютном кресле-стуле, резким движением двумя большими пальцами чуть заправил на спине рубашку и, так же как и Козырев, отметил для себя, что с модой во времени парни не промахнулись: одеты стильно, со вкусом, хотя и по-разному. Даже ботиночки за четыреста долларов не ускользнули от его профессионального взгляда. Но ведь дороже, согласитесь, и не надо – чай, не депутаты Госдумы.

– Рады знакомству, – за двоих поприветствовал тот, что был в байкерской куртке, и подвинул к себе стул. Рук они друг другу, разумеется, не протянули.

Здесь «разумеется», так как есть определенная условность в некоторой вежливости, которая исходит к дремучим законам хрущевского искоренения преступности под ноль. самом деле: подашь соспеху случайному знакомцу лапу, а паренек-то «дырявый»! Или – подашь пятерню, а через час его, собеседника дорогого, валить. Нелогично ведь!

Вместо ответа чекист немного театрально, с юмором, как в немом фильме, вскинул запястье с часами, чтобы укорить в опоздании.

– Не по государевой зарплате хронометр, а? – присаживаясь, не совсем верно отреагировал один из подошедших на блеснувший швейцарский «Лонжин».

– А зовут меня Павел Андреевич, – на ходу придумал себе имя и отчество «учитель». – И четверть времени, за которое мне заплатили, уже прошла. Поэтому если вы хотите поговорить со мной о проблемах декларирования чиновничеством своих подспудных творческих активов, то я готов к жесткому диспуту, но… По «лонжиновской» таксе. Вас семантика моей речи не смущает?

– Окей, – улыбнулся тот, что в мятом костюме, понимая, что мужику палец в рот не клади, а клади деньги, и в руку.

– Да, кстати, а у вас что, «командирские»?

– Ладно, ладно! Торопились мы. Честное бойскаутское! – примирительным жестом поднял перед собой обе руки знаток дорогих часов. – Меня Эдик зовут, а этого легионера пампасов – Стас.

– Как вас звать, хлопцы, мне, в принципе, неважно. А вот вы имена свои настоящие зря называете, уж поверьте. Предлагаю такой вариант: никто имен друг друга более не называет. Звать вас я буду мистер Серый и мистер Чёрный. Не согласны?… На-пле-вать, – спокойно и без оскорбляющего вызова произнес «учитель».

– А с чего это мы с порога и бешеные?– поинтересовался Стас, улыбнувшись.

– Хорошо – не бешеные… – отмахнулся тот. – Но ведь псы?

Эдик не очень понял, но для него это было неважным. Зато он чуть было не вспыхнул из-за иного: только сейчас до него дошло, что фраза за «командирские» часы могла намекать на их принадлежность к органам. принципе, так часто бывает, когда люди говорят на одном языке.

Стас посмотрел на официантку, и та мгновенно подошла к их столику.

– Итак: попробуйте четко сформулировать суть интересующих вас вопросов, – недовольно начал Специалист, обращаясь к Эдуарду.

Стас улыбнулся и, чтобы немного снять возникшую напряженность, рассказал анекдот: «Рыбак достает из банки червяка, а тот и говорит: „Мужик, ты очень резко не подсекай, а то уши закладывает!“»

«Учитель» искренне рассмеялся:

– Смешно!..

– Слушаю.

– Да случилась тут у нас… канитель одна… Короче, тему настроили, как в Большом театре арфу. Неделю шлифовали. Сам сын турецкоподданного лучше бы не выстроился. Главное, оригинально было… – чуть туманно, но уже по существу заговорил Эдик.

– Ну, никто подробностей знать не мог! – язвительно подхватил Павел Андреевич.

– Если только третий глаз у кого из красных не открылся… – продолжил рассуждать Эдик.

–  общем, деньги мы потеряли большие, – подытожил Стас, немного сетуя прилагательным «большие». – Флики знали, где собаке порыться. «Слушали» нас.

– Не может быть! – «ахнул» Павел Андреевич. Его слова прозвучали почти насмешливо, и в другой ситуации после таких интонаций вечер легко мог перестать быть расслабленным.

– Короче, козу ностру останавливать не будем, но повторения мы не хотим. Отсюда вопрос – как работаете вы? – Эдик очень постарался не обратить внимание на иронию.

Специалист окончательно убедился, что ему не послышалось: Стас, то есть мистер Серый, действительно говорил с акцентом: то ли Прибалтика, то ли вообще Пиренеи. Странно, и кожа смуглая, обветренная… Но не солярий – точно. К «не-солярию» добавлялась скрытая внутри этого человека пружина вкупе со способностью ударить, уловив отражение врага в немытой витрине.

– Если я правильно понял, вас интересует, какие именно оперативно-технические мероприятия возможно осуществить в целях контроля общения? А также методика их выполнения и приемы ухода от такого рода наблюдения? Правильно? – вслух произнес он.

– Слушайте, ваше превосходительство, – огрызнулся Эдик, давая понять, что знает, откуда взялось имя «Павел Андреевич». – Мы в школу абвера «Рига-два-два» опоздали, а из уругвайской контрразведки наши анкеты вернули почтой – ценз образовательный не прошли наши аттестаты колхозные. Посему давайте ближе к народу выражаться.

– Это мы-то с тобой народ? М-да… – прикуривая от фирменных спичек редкий «Житан», поднял брови Стас.

А Эдик добавил:

– Полосатые курсанты к началу занятий по информационной подготовке готовы!

– Ну, до «тигров» дело не дойдет, – поморщился Стас, подразумевая полосатую черно-серую робу особо опасных рецидивистов в лагерях.

Специалист «разбудил» ноутбук. Пока техника просыпалась, он уловил, что и Стас неплохо осведомлен о нюансах лагерной жизни РФ. «А что сиженый, вроде не похоже…» – удивился «учитель». Он достал несколько бумаг из своей папки, положив их перед собой текстом вниз, и, вздохнув, приступил к лекции:

– Интересные вы пассажиры, говоря вашими ассоциациями. Да, пометьте себе на ум, чтобы не забыть: может, в вашем коллективе «стук-постук» – дятел появился? Если так, то найдем и его, правда, это очень дорого. Но – как это у классика? – «Начнем, пожалуй». Спецслужбы, не побоюсь модной терминологии, сегодня могут не все, но очень многое. Для одних это хорошо, для других – не очень. Марксизм! конечном итоге все зависит от степени технической оснащенности, степени заинтересованности и банального человеческого фактора. Без последнего, кстати, никуда. Сколько великих замыслов было загублено (а сколько бездарных спасено!) рядовыми исполнителями. Это закон жизни: «Договариваться нужно не с генералом, а с прапорщиком. А в идеале – с обоими». Но принципиально все начинается одинаково: любые мероприятия кто-то сначала инициирует, потом их санкционируют, ну а потом исполняют. Здесь, я надеюсь, понятно?

Стас и Эдик синхрон кивнули. Лица их при этом сделались спокойными и серьезными.

– Ну а раз понятно, пойдем дальше. Примите как данность: если неглупый оперативник будет вести вашу разработку и будет знать, какими возможностями обладает техническая служба его ведомства, то найти типовой бланк задания, заполнить его без грамматических ошибок и украсить необходимыми автографами у него получится, если не с первого, так со второго раза. Выглядеть это будет примерно так…

С этими словами Специалист перевернул одну из лежащих перед ним бумаг.

– Можете ознакомиться для общего развития. Потому как на бином Ньютона все равно не тянет.

Пока слушатели рассматривали заполненный непонятным «медицинским» почерком типографский бланк, в верхнем правом углу которого недвусмысленно значилось «сов. секретно», наставник продолжил:

–  принципе это все, что вам нужно знать по теории вопроса. Дальше пойдем по вещам прикладным, причем в научно-популярном ключе. Квантовая физика, она ведь тоже – два тома по двести пятьдесят страниц для начинающих. Но если интересно рассказывать, то часика за полтора, в чем там проблема, объяснить можно… А посему делаем ударение на словосочетании «технические возможности». Запомните: слушать вас можно по-разному, и принципиально ничего поделать с этим вы все равно не сможете. Отсюда ваша задача: во-первых, помнить об этом, а во-вторых, научиться с этим жить. Жить хотите?

Последней фразой он вскинулся и, не надеясь на ответ, продолжил:

– Для примера: не стоит в общественном месте пытаться разглядеть направленный микрофон – у них удаление до пятидесяти метров, так что все равно не увидите. Нужно просто всегда думать, что он есть и батарейки в нем отнюдь не севшие, поэтому пишет он четко. А коли так, то за речью своей надо следить и по возможности разговаривать образами, ассоциациями личными, словом, так, чтобы смысл до конца понимали только вы и ваш собеседник… Идем дальше: в полевых условиях «Кафе-улица» ваш разговор может слышать сотрудник наружного наблюдения. Увидеть наружку можно, но это другая история и разговор отдельный. Если стоит задача полного контроля, то радиомикрофоны ухитряются прикрепить и на одежду, и в машину. Или устанавливают стационарные в квартире. Последние, кстати, лучше всего по качеству. Они, как правило, дают неплохие результаты, но при этом очень трудоемкие и зависят от массы частностей, так что используют их редко, только по особым случаям…

– А для нас каждый такой случай в России – особый, – вставил Стас.

– А вот комментировать меня не нужно! – огрызнулся Специалист.

Он видел, что ребята не из пугливых, но своими репликами они его отвлекали. Глотнув кофе, «учитель» агрессивно продолжил:

– А что касается географического места Русь… Неметчине я вам также не советую на всю ивановскую кричать. Тем более что демократия и коза ностра у них сочетание довольно сомнительное. Продолжим… Никогда не говорите «прослушка» и «слежка». Вы джентльмены удачи или журналисты?! Запомните, есть мероприятие «двойка», или ПТП Не запоминайте, как расшифровывается ПТП, – просто ПТП. Ферштейн?

– Основной принцип всех разведок мира: ноль информации всегда лучше, нежели ложь. Лжи надо учиться, ложь можно распутать, самое страшное оружие – молчание. Я бы его вообще запретил в эфире специальным указом. Знайте одно: прослушать можно все и всех.

– Даже вашего Путина? – оживился Стас.

– Естественно. Теоретически и его. У него ведь «Билайн». Но ни мне, ни вам это не грозит. И слава богу! Итак: считайте, что априори вас слушают всегда и по любому телефону. Теперь внимание! При деловых разговорах называйте себя прозвищами других людей, а героям второго плана давайте свои прозвища. У вас есть дольщик, который косноязычно говорит? Тогда назовите его, скажем, «филолог», а местом его работы пускай будет не торговый центр, как есть на самом деле, а Университетская набережная. Таким образом, кто-нибудь, распутывая бахрому, подумает, что ваш компаньон окончил филологический факультет ЛГУ, что на той самой набережной. Но, честно говоря, это не мудрено. А вот найти настоящего выпускника, замазанного в криминале, да создать из него свою матрицу, да поместить в свой мир, чтобы навести на ложную цель… У-у!.. – Специалист завороженно ухнул. – Но это уже и не наш департамент, а ПГУ.

–  смысле: ГПУ? – неправильно расшифровал мистер Чёрный.

–  смысле: СВР, Служба внешней разведки. И еще – постарайтесь обойтись без дешевой конспирации. У нас тут одни красавцы пару лет назад на Кумарина покушение готовили. Так мало того, что на видеокамеру снимали, как он по городу катается, так еще и друг дружке на пейджер сообщения слали. Что-то типа: «„Безрукий“ обедает в „Европейской“, машина та же, смени меня, бабу хочу». А ведь это каждому молодому оперативнику известно, что псевдоним агента или объекта чаще всего может быть производным от фамилии или указывать на какую-либо особую примету. Теперь, кстати, и вы в курсе…

– Запутаемся, – серьезно заметил Эдик.

– Тогда вас стреножат. Считаете, что занимаетесь серьезным делом? Тогда считайте, что и я серьезен. Кто знает, может, и я вас когда-нибудь слушать буду.

Стас и Эдик переглянулись.

– А как вы хотели? Или, может, вы решили, что теперь мы братья? Ни хрена! Не пожалею – выведу за амбар без сапог по мокрой росе и шлепну.

– Рахмат, – натянуто улыбнулся Эдик.

– Мы тоже кое-что умеем… – добавил Стас.

– Мэй би, только не в моей профессии… Следующее и главное: интонации разговоров на бумаге не передаются. Так что необязательно искрометно шутить. Вот, читайте, как пример…

Специалист передал каждому из них по отксерокопированной странице сводки ПТП.

– Еще момент, не под запись, – продолжал давать информацию Специалист, и после этих слов Стас «проснулся». – Трубка с сим-картой связаны, как шерочка с машерочкой. Поясняю: если есть конкретная трубка, значит, можно установить все симки, которые в нее когда-либо вставляли. То есть судьбу ее трудную поднять и развернуть.

– А можно поподробнее! – попросил Серый.

– Можно. Только вам не подробности нужны, а сам принцип и примеры яркие, чтоб в памяти остались. Иначе говоря, видно, как трубка из рук в руки ходила. Соответственно, можно определить всех ее владельцев. Их, кстати, именно так и ищут. Ты купил трубку в скупке, сэкономил вроде, доволен, сидишь названиваешь, а через неделю приходят два опера с выемкой: извините, мол, трубка ваша с трупа нашего, расчлененного. Вещественное доказательство – вынь да положь. Спасибо, до свидания…

– Дела! Это ж я так по двухкопеечным автоматам скоро скучать начну… – задумчиво произнес Эдик.

– Мы трубки в скупках не берем, – чуть возмутился Стас.

– Знаю – мать писала. Вот вам такой факт: в Колумбии деловые люди меняют трубки и сим-карты каждые двенадцать часов, – не останавливался Специалист. – Но мы не в Колумбии, а посему просто имейте по два телефона: один для всех, другой только для связи между вами. Номера второго никому не давайте и, если вдруг на него позвонит кто-нибудь и спросит Машу, долго не раздумывайте – выбрасывайте его в Фонтанку, целее будете…

– Вопрос у меня, Павел Андреевич, – услышав паузу, встрял Стас.

– А как делают так, что на местности в городе тебя находят по сотовому?

– Вроде даже в «Мегафоне» услуга такая есть для всех. «Радар» называется или «Пеленг», – вспомнил мистер Чёрный.

– «Локатор» она называется, радисты, – резко ответил Специалист. – Работает по принципу базовых станций – это вышки такие с антеннами, которые по всему городу и области понатыканы.

– Вопросов нет.

– А нет, значит, слушаем дальше: каждый звонок проходит через ближайшую к тебе станцию с известным адресом, и вся эта информация остается в компьютере – вот и весь секрет фирмы.

– Нормально! Да ну его к лешему, этот технический прогресс. Не телефон, а маяк за пятьсот баксов в кармане носишь! – осерчал Эдик.

– Кстати, по поводу манерных трубок тоже замечание имеется. Искали мы, помню, мошенника одного серьезного: банковские вклады, левые кредиты… в общем, с высшим образованием был человек, интересно работал. Так вот, снимал он деньги по карте в банкомате, про камеру знал, а потому кепку нацепил, очки темные. Словом, ни узнать, ни опознать. Вот только один момент: пока он в очереди к банкомату стоял, по сотовому разговаривал. Это на записи очень хорошо видно было, а потом, когда он карточку-то в банкомат пихал, то трубку так в руке и держал. Так вот, вторая камера, та, которая не в лицо, а на руки направлена, трубку эту отчетливо запечатлела. Модель телефона была редкая, дорогая. Поэтому, когда записи подробно смотреть стали, оказалось, что в это время только три таких трубки в окрестном районе и разговаривали… Ну, дальнейшее объяснять не надо.

– И что с ним сталось? – поинтересовался Эдик.

– Сейчас анализирует теорию относительности.

– Это как?

– А так, что когда ходит, лежит, стоит, то все равно получается, что сидит, – развел руками Специалист.

– Тут вот какое дело, Андреич… Ты же понимаешь, бизнес у нас такой специфический – дальше некуда, – понизив голос, начал Эдуард. – Если кидок и жив останешься, то в ментовку заявлять не побежишь…

– Поэтому общаться приходится много. И между собой, и с людьми разными. А с вашими технологиями не то что лишнее слово сказать – лишний раз звонить не хочется, – добавил Стас.

– Ну, вы тогда на печке спали, когда мы Варшаву брали, – не смог удержаться, чтобы не съязвить, Специалист.

– А как дальше жить-то, профессор? Вас, к слову, не интересует, почем нынче опиум для народа? – вроде бы пошутил Эдик, но это был вопрос.

– Меня эти нюансы абсолютно не волнуют. А вот вы проговариваетесь и уже даете мне информацию. На данный момент – совершенно лишнюю, – отрезал Специалист.

– Извини, занесло на повороте, – поправился Эдик.

– Попробуйте для конспирации устроиться – хотя бы формально – на работу. А если Интернетом не умеете пользоваться – учитесь. Создайте по почтовому ящику и пишите туда. Примерно раз в неделю удаляйте все и создавайте снова, но с другими адресами.

– Так у нас компьютеров нет. Да и к офису будем привязаны, – засомневался Стас.

А Чёрный заржал:

– Некоторые ради денег могут пойти на все, даже устроиться на работу!

– В городе полно Интернет-кафе, большинство работают круглосуточно, вот и пользуйтесь, но к одному месту тоже не привыкайте, – объяснил Специалист, плохо сдерживая ухмылку.

– Это все хорошо, только письма – не разговор. А иногда нужно срочно перетереть и нет времени выражения выбирать? – ставил новые задачи Эдик.

– Тогда используйте чаты, их тоже навалом на любой вкус, – предложил Специалист. – Например… по собаководству. Псевдонимы себе придумайте и общайтесь. Не прямой речью конечно, но близко к тексту можно и достаточно безопасно, если только сами никому не расскажете.

– Мы что, на хакеров из ЦРУ похожи? Я и слов-то таких не знаю – «чаты», – возмутился Стас.

– А я тоже не компьютерный ликбез для вас провожу, – парировал Специалист.

Неожиданно у Эдика запиликал телефон, он ответил и через секунду переменился в лице.

– Летчик ты кукурузный!.. – почти крикнул он в трубку. – Опять почки неправильно сработали – моча в голову ударила?!

Выслушав ответ, добавил уже спокойнее:

– Не умеешь договариваться – страдай. Но за свой счет!

После этого он сбросил звонок. Сидевший напротив Стас только ухмыльнулся – очевидно, он понял, что произошло.

– Что, красные в городе? – поинтересовался Специалист.

– Да так, парень один, с делами нам помогает… Только что права забрали за двойную сплошную, а завтра за город нужно ехать…

– У таких помощников я бы сам право на долю отобрал, – спокойно заметил Спец.

– А у тебя на примете есть нормальные парни – этой блевотиной теплой заниматься? – огрызнулся Эдик. – Нет? Тогда давай, дьявол, учи пулемету!

– Э, нет, милые мои, на сегодня все, время, оно не резиновое, – еще спокойнее ответил «учитель».

Стас посмотрел на часы. Они показывали 00:15 – время занятия действительно истекло пять минут назад. Добавил про себя: «Кое-что усвоили».

Они вместе подошли к кассе, чтобы не ожидать расчета. Специалист достал бумажник.

– Я заплачу, – сказал Эдик и протянул девушке кредитную карту «Visa». Пока та выполняла необходимые операции, Специалист тихо сказал:

– Совет в порядке бонуса: платите наличными. Карты удобны, но информативны, почти как сотовый, а вам это ни к чему.

– Спасибо, учтем, – уважительно ответил Эдик. А Стас добавил:

– Было очень интересно познакомиться.

– И вам не скучать! – Специалист толкнул от себя входную дверь.

Когда мистер Серый с мистером Чёрным вышли на улицу со словами последнего: «Надо бы подтянуть этого чекиста на договорной основе…» – Специалист похлопал его по плечу, внезапно нарисовавшись из-за ниши около входной стеклянной двери.

Эдик не покраснел, но незаметно смутился.

– …А напоследок небольшой постскриптум, чтобы снять напряжение. Студент хвастается перед товарищами в аудитории: «Из разного хлама собрал собственноручно отличный радиоприемник. Всю Европу ловит!» Тут неожиданно входит преподаватель, слышит это хвастовство и вставляет: «Да, и всю сразу!»

– Грамотно… – по-доброму улыбнулся Стас – Научи, разведка!

– Тогда вам необходимо срочно бросить пить и курить, – потребовал Специалист.

– Внимание притупляется?… – буркнул Чёрный.

– Да нет. Просто копите деньги, чтобы счет оплатить.

 И они во второй раз не пожали друг другу руки.

Ребятки уселись в неверно припаркованную спортивную «тойоту»-купе, вырулили, остановив поток, и пересекли в нужном им направлении сплошную двойную.

«Если можешь так ездить, то давай…» – подумал Специалист, открывая со скрежетом дверь служебной сине-зеленой «девяносто девятой» с несуществующими номерами, которая стояла в грязном дворе за входом в ресторан.

Выезжая и пропуская поток, он поговорил по телефону. данном случае ключевыми словами для нас были следующие: «…не в коня корм. Никто и не сомневался… Номер срисовал, секунду их телефонного разговора запомнил, чек от карты незаметно взял себе… Единственно, что радует: эти не сдадут – ни друг друга, ни нас…»

Переключаясь со скрежетом с первой на третью скорость (вторая не втыкалась), наша персона подумала о том, что неплохо бы этого Стаса использовать. Вот только где и как… «Начнет бодаться – поднимем веки, и полный перитонит!» – решил Спец, после чего эти его мысли оборвал модный сигнал эскорта из двух блестящих машин от которого Специалист презрительно уклонился в сторону…